Патрисия Барретто: “Я – счастливый человек”

Интервью с президентом театра “Харрис” (Чикаго)

Патрисия Барретто. Фото – Тодд Розенберг
Патрисия Барретто. Фото – Тодд Розенберг

15 сентября открылся новый, пятнадцатый сезон чикагского Театра музыки и танца “Харрис” (The Harris Theater for Music and Dance). От уходящего в глубины веков индийского танца до современного балета, от французской барочной музыки до музыки XX века — таков диапазон предстоящих спектаклей и концертов. О юбилейном сезоне, планах на будущее и зрителях Чикаго — в эксклюзивном интервью президента и исполнительного директора (Alexandra C. and John D. Nichols President and Chief Executive Officer Endowed Chair) театра “Харрис” Патрисии Барретто. Это — первое интервью госпожи Барретто русскоязычным СМИ.

— Какие задачи вы ставите перед собой в работе на посту президента?

— Возможность на одной сцене показывать лучшие спектакли, балеты, музыкальные представления со всего мира, приводить в театр новых людей, заражать их любовью, увлекать их вечным искусством Театра, Музыки, Танца, — что может быть лучше и благородней этой задачи?! В мои обязанности входит программирование новых сезонов и курирование компаний-резидентов нашего театра. Модель театра “Харрис” уникальна. Театр образовался, чтобы у таких компаний, как Чикагский оперный театр, Hubbard Street Dance, Music of the Baroque, появилась постоянная площадка. Когда гастролирующая в Чикаго труппа снимает в аренду театр, она платит полную сумму за все расходы. Когда мы приглашаем труппы выступить в нашем театре, они платят лишь небольшую часть. Разница покрывается нашим театром и спонсорами. Поэтому большую часть времени я занята фандрайзингом. Еще одним направлением деятельности является руководство нашей дружной командой.

— До обсуждения нового сезона давайте подведем итоги прошлого. Все ли удалось? Какие наиболее важные спектакли вы бы могли отметить?

— Прошлый сезон составлялся не мной, но, по-моему, он был замечательный. К нам приезжал Американский театр балета (АБТ), который не гастролировал в Чикаго на протяжении нескольких лет. Все шесть представлений прошли при переполненных залах. Мы услышали оперы Монтеверди в исполнении ансамбля “Английские барочные солисты” и хора Монтеверди под управлением сэра Джона Элиота Гардинера. Эпическое событие было посвящено четырехсотпятидесятилетию со дня рождения Клаудио Монтеверди. Результат: три вечера – три оперы – три аншлага! А до этого я слышала фразы типа: “Никто не слушает барочную музыку!”.. Еще я хочу вспомнить два вечера танцевальной труппы Марка Морриса со спектаклем ”Layla and Majnun” — возможно, самый потрясающий театральный эксперимент в истории. Слушать дуэт исполнителей мугама (традиционной азербайджанской музыки) отца и дочери Алима и Фарганы Касимовых — настоящее наслаждение! После каждого вечера у нас проходила встреча со зрителями, среди которых были выходцы из Азербайджана. Оба вечера мы слышали от них одно и то же: “Мы много лет назад уехали из Азербайджана и не могли поверить, что услышим представителей нашей культуры и наш родной язык со сцены театра в Чикаго”. Я счастлива, что таким театром стал для них “Харрис”.

— Каковы ваши приоритеты в формировании репертуара?

— Я не принимаю бездумное заполнение мест в календаре по принципу: “О, вот у нас есть пустой день, а вот этот артист свободен. Давайте его позовем!“ Я приглашаю только те коллективы, которые сама люблю, стараюсь делать сезон осмысленным, разнообразным, интересным, богатым на сюрпризы. Если мы говорим о будущем сезоне, то среди гостей театра будет Ragamala Dance Company с программой “Written in Water”. Спектакль идет под сопровождение музыкального ансамбля с редкими инструментами Ирака. В этой компании сочетаются традиции индийского танца с западной эстетикой. Мы никогда раньше не представляли артистов такого жанра. Мне кажется, это будет очень интересно для наших зрителей. Рядом на афише мы видим “Жизель” Английского национального балета в постановке Акрама Хана. Труппа выступает эксклюзивно в театре “Харрис”! Это для меня очень важное событие. Сюжет спектакля необычный. Знакомая всем история перенесена на ткацкую фабрику в Бангладеш. (Акрам Хан родился и вырос в Лондоне в семье выходцев из Бангладеш. Прим. автора.) Все другое — костюмы, действия, движения, но как это завораживает! Так и тянет войти в мир хореографа и сопереживать героям его балета. На поверхности – красивый спектакль, но если копнуть внутрь, обнаружится социальная драма о гастарбайтерах, неравноправии, нищете. И опять смешение стилей индийского танца и западного классического балета… В этих примерах для меня заложен ответ на ваш вопрос. Приоритетом является высокое искусство с глубинным наполнением.

Патрисия Барретто. Фото – Тодд Розенберг
Патрисия Барретто. Фото – Тодд Розенберг

— В недавнем интервью New York Times вы сказали, что чуть не упали со стула, когда узнали о стоимости проекта Хана. Как вам удалось собрать средства?

— Мне нравится обсуждать идеи с окружающими меня людьми, с моей командой, с теми, кто должен обеспечить рекламу, продать билеты и т.д. Я рассказала им о желании пригласить Английский балет, сказала, что это будет дорого, и спросила, будем ли мы это делать. Балет посмотрели мои помощники и Совет попечителей. Все с энтузиазмом восприняли идею, дружно ответили “Да, мы будем это делать”, и мы дружно взялись за работу. К моей большой радости, инициативу поддержала член Совета попечителей театра Кэрин Харрис, и спонсором показа стал Caryn and King Harris Dance Residency Fund. Только после этого я взяла трубку и стала звонить в Лондон.

— Все равно в этом есть что-то рискованное…

— Конечно, в любом деле существует элемент риска. Не безумный, но риск. Но если я чувствую, что это будет потрясающее событие, надо рисковать.

— В следующем сезоне мы готовились встретить один из старейших оперных театров Италии, театр Реджо из Турина (Teatro Regio Torino) с оперой Джузеппе Верди “Сицилийская вечерня”. К сожалению, гастроли отменились. Пригласите ли вы вместо туринского какой-нибудь другой оперный театр?

— Мы работаем над этим. Причина, по которой я выбрала театр Реджо, была “Сицилийская вечерня” — опера, которую не слышали в Чикаго четверть века. Я ее обожаю и сама давно не слышала! Это был тоже очень дорогой проект, но, увы, он не состоялся. Я считаю, что если мы не сможем заменить туринский спектакль равным по художественным достоинствам, то не будем тратить деньги, чтобы закрыть день чем попало. Я бы хотела увидеть что-то особенное… Посмотрим. Пока ничего конкретно не решено.

Джоан Харрис и Патрисия Барретто. Фото – Тодд Розенберг
Джоан Харрис и Патрисия Барретто. Фото – Тодд Розенберг

— Гастроли АБТ в феврале были одними из лучших в балетной программе прошлого сезона. Недавно АБТ подписал четырехлетний контракт с Auditorium Theatre, согласно которому каждый год, начиная со следующего, труппа будет представлять там новые балеты. Означает ли это, что “Аудиториум” победил и “Харрис” потерял АБТ?

— Нет, совсем не означает. Прежде чем руководители АБТ обратились в Auditorium Theatre, они позвонили мне. Они искали резиденцию в Чикаго. Я ответила, что мне это не интересно. Понимаете, мне хочется представлять в “Харрис” разные труппы. Я не хочу на протяжении четырех-пяти лет хранить верность лишь одной компании — пусть даже самой замечательной. Все время появляется что-то новое, что-то другое. После нескольких лет отсутствия мы снова привезли АБТ в Чикаго, труппа показала шесть представлений, огромное количество людей смогли посмотреть эту компанию. Они будут выступать в “Аудиториум” каждый год? Прекрасно! Я уверена, что у них будет успех. А мы двигаемся дальше! На очереди – Английский национальный балет… Уже сегодня я думаю о сезоне 2019-20 годов. Я пока не готова рассказать все подробности, но это будет опять нечто новое и неожиданное, то, чего еще не видели зрители Чикаго. Единственное исключение — The Chamber Music Society of Lincoln Center. Это музыкальное общество восьмой сезон подряд остается резидентом театра. У концертов есть своя постоянная публика, и мы с радостью продолжаем сотрудничество. В остальном – мы ищем новое!

— Театр “Аудиториум”, подобно вашему, тоже представляет свою площадку разным музыкальным и танцевальным коллективам. Вы конкурируете с ним?

— Я не вижу между нами соревнования. Я полагаю, что в таком крупном культурном центре, как Чикаго, хватит места для всех. Мы стараемся привлекать в театр самые разные слои населения.

— Так ведь театр “Аудиториум” делает то же самое с той же самой аудиторией…

— В этом все и дело. Не важно, это художественная галерея, музей, театр или симфонический зал. Публика везде та же самая. Я, как потребитель искусства, хожу теми же тропами, что и другие, и я хочу, чтобы большее количество людей делали то же самое. Это вопрос не конкуренции, а расширения аудитории. Вот над чем следует работать всем культурным организациям Чикаго.

— В вашем театре идут разные представления. Что для вас самое важное: музыка, драматические спектакли, балет, опера?

— Наш театр называется театром музыки и танца. Мы в равной степени фокусируемся на музыкальных и танцевальных представлениях, но стараемся соблюдать баланс между всеми видами искусства. Конечно, мы не придерживаемся строгого разделения: если пять музыкальных представлений, то обязательно столько же танцевальных. Это не так, здесь нет законов и норм. Получается всегда по-разному.

Зрительный зал театра “Харрис”. Фото – Тодд Розенберг
Зрительный зал театра “Харрис”. Фото – Тодд Розенберг

— Расскажите, пожалуйста, о вашей семье.

— Мои родители — канадцы индийского происхождения. Отец – пианист, играет на саксофоне и гитаре, брат учился играть на скрипке. Я родилась в городе Мумбаи (бывший Бомбей, Индия). Музыка всегда была частью моей жизни. Будучи ребенком, училась играть на фортепиано…

— При этом пошли в сторону менеджмента. Я могу понять, когда человек мечтает о том, чтобы стать музыкантом или актером. Но почему менеджером? Это как-то скучно…

— Я была достаточно умной, чтобы понять, что никогда не буду ни артисткой, ни музыкантом. Когда я начала работать с симфоническим оркестром, осознала, что способна привлечь людей. Продавая билеты, говорила: “Если вам нравится это произведение Бетховена, возможно, вам понравится и то…” Я рано поняла, что гораздо лучше могу использовать свои возможности на административной работе, привлекая людей к искусству. Это тоже очень важно. Не всякий человек может быть творцом, но всякому творцу нужны помощники, которые бы привели в зал людей. Иначе для кого будет выступать артист?..

— Как и где началась ваша карьера?

— В Торонто. Я – гражданка Канады. Моя карьера началась в Торонтском симфоническом оркестре. Я хорошо изучила все уровни работы: от продажи билетов до общения со спонсорами и приглашения артистов, оркестров, дирижеров… В сезоне Торонтский симфонический оркестр дает сто двадцать пять – сто тридцать концертов. После рабочего дня я оставалась в зале, наслаждалась музыкой. Я работала в Royal Conservatory of Music, Canadian Stage. В общей сложности я провела в Торонто двадцать три года. Перед переездом в Чикаго возглавляла оперную компанию Opera Atelier.

— Мы увидим этот театр в следующем сезоне в Чикаго. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этом коллективе.

— Opera Atelier – оперная компания Торонто, существующая более тридцати лет. Основателями и бессменными руководителями труппы является семейная пара Маршал Пинковский и Жанетт Лаженесс Зинг. Оба начинали свою карьеру как артисты балета, жили и работали в Париже, тренировались в технике барочного танца. Потом вернулись в Торонто и открыли барочную оперную компанию. Наверно, потому, что в барочной опере музыка сочетается с балетом. Эта компания не могла возникнуть больше ни в одном городе, поскольку именно в Торонто базируется целый барочный оркестр — Tafelmusik Baroque Orchestra. Opera Atelier — успешная компания, резидент Королевской оперы Версаля (Royal Opera House, Versailles). В Версале торонтцы показывали две оперы Жана-Батиста Люлли “Персей” и “Армида”. Опера “Персей” не исполнялась в Версале с момента свадьбы Марии Антуанетты и Людовика XVI. В Версале был большой праздник. Труппа Opera Atelier тщательно работает над постановками, выбирает только те оперы, которые сама любит. Каждый их спектакль — редкая драгоценность. Сценография, дизайн, костюмы – все создано так ювелирно, так точно! Я счастлива, что работала в этой компании и в следующем сезоне смогу представить ее чикагским зрителям.

Внутри театра “Харрис”. Фото – Хендрик Блессинг
Внутри театра “Харрис”. Фото – Хендрик Блессинг28

— В чем сходства и в чем различия зрителей Торонто и Чикаго?

— Оба города – крупные мультикультурные центры, аудитория в них похожа. Может быть, аудитория в Торонто немного менее консервативна, чем в Чикаго. Она больше интересуется новыми произведениями, больше открыта к экспериментам. Сходств больше, чем различий, и в отношении театров. Когда я получила предложение от театра “Харрис” и посмотрела на его историю, то увидела, что это очень близко к тому, что я знаю и могу делать.

— Представьте, что у вас есть деньги и неограниченные возможности. Какой театр вы первым привезете на гастроли в Чикаго?

— Я знаю одну такую танцевальную компанию и работаю над ее приездом в 2020 году. Она никогда не выступала в Чикаго, будет первый раз.

— Заинтриговали!

— Скоро все узнаете!

— Ваша семья живет в Чикаго?

— Да, муж и одиннадцатилетний сын приехали со мной. Я убедила их. Сын смотрит почти все спектакли в нашем театре… Коллеги в театре встретили меня очень доброжелательно и стали моими друзьями. Чикаго стал домом для нашей семьи.

— Какие у вас любимые места в Чикаго?

— Мое любимое место в Чикаго — театр “Харрис”! Я — счастливый человек, работаю в той сфере, которую обожаю. Люди говорят: “Ты же в театре целый день! Это должно быть очень утомительно”. А для меня это наиболее приятная часть работы. Целыми днями я работаю над бюджетом, складываю цифры, занимаюсь фандрайзингом, маркетингом, а потом наступает вечер, я иду в зал и становлюсь слушательницей и зрительницей. Это самое приятное в моей работе… Мы проводим много времени в Арт-институте. Я не пропускаю ни одного спектакля в Лирик-опере, хожу в Симфонический центр, особенно на джазовые концерты. Часто посещаю концерты и спектакли в Чикаго.

— То есть когда вы не у себя в театре, то идете к “соседям»?

— Обязательно! А когда путешествую, интересуюсь местными театрами. Летом я ездила в Массачусетс на танцевальный фестиваль Jacob’s Pillow, за три дня посмотрела пять спектаклей. В октябре буду в Нью-Йорке на фестивале “Fall For Dance”. За четыре дня планирую посмотреть порядка пятнадцати представлений разных танцевальных компаний.

— Может быть, кого-то из них мы увидим в будущем в Чикаго?..

— Это часть моей работы: искать и находить лучшее. На это я трачу много времени, в том числе и мое свободное время.

— Я желаю вам удачи на этом пути! Что бы вы хотели сказать нашей русскоязычной аудитории?

— Я бы хотела пригласить к нам всех читателей вашей газеты. Приходите в театр “Харрис”! Если у вас есть предложения, идеи, замечания, позвоните, напишите, скажите нам. Я прислушаюсь к вашему мнению. Вы нам нужны!

Nota bene! Билеты на все спектакли и концерты Театра музыки и танца “Харрис” (The Harris Theater for Music and Dance) сезона 2018-19 годов можно заказать по телефону 312-334-7777, на сайте www.harristheaterchicago.org или приобрести в кассе по адресу: 205 East Randolph Street, Chicago, IL 60601.

Фото – Тодд Розенберг