Когда мы воюем, наши жены и дети воюют вместе с нами!

Антон Козлов

Интервью с командиром танкового подразделения Армии Обороны Израиля Алексом Фридманом. Это интервью было записано еще до начала войны в Иране.

Алекс, спасибо Вам, что нашли время ответить на вопросы перед Вашим очередным призывом в Газу. Расскажите, пожалуйста, немного о себе!

Меня зовут Алекс Фридман, я — сержант танкового подразделения Армии Обороны Израиля. У меня в подчинении находится 15 солдат. По своей военной специальности я — командир танка. Мне 48 лет. Я приехал в Израиль в 1990 году в 12 лет из Баку.

Закончил срочную службу в 2000 году, после которой до 40 лет призывался на резервистскую службу каждый год по 1,5 месяца, Служил раньше и в Газе, и в Ливане, еще до нынешней войны. Я женат, у меня трое детей. Старшая дочь служит в боевых частях, средняя дочь через полгода призывается в армию, сын пока учится в 10-м классе.

По своей гражданской специальности я учитель, преподаю в одной из израильских частных школ.

Как получилось, что Вы в свои 48 лет вновь оказались в армии?

В начале войны в Газе я связался со своим командиром и ушел снова добровольно служить, как только стало понятно, что армии требуются специалисты моего профиля. По возрасту служить я уже не обязан. Но вот уже пятый раз, как я буду служить со своей резервистской частью в Газе. В общей сложности с начала войны я провоевал в Газе более 300 дней.

В чем заключаются основные задачи Вашего подразделения? Вы ездите на танках?

Нет, на этой войне мы с моими подчиненными в основном ездим на бронетранспортерах и джипах типа Hammer. Одной из наших задач является следование с врачами и парамедиками за танками, чтобы при необходимости суметь быстро оказать первую помощь и немедленно эвакуировать под огнем раненых с поля боя. Также мы осуществляем другие оперативные задачи. В моем подразделении все бойцы — резервисты различного возраста: от 25 до 49 лет.

Какие главные проблемы, с которыми сталкиваются Ваши бойцы?

Прежде всего, это экипировка. Уже несколько раз волонтеры группы Бена Левина из США помогали нам с покупкой самых необходимых вещей. В данный момент в Израиле закупается для моих бойцов тактическая несгораемая форма (стандартная форма хорошо горит), а также специальные армейские ботинки, тактические очки-хамелеоны (без них невозможно стрелять против солнца), защитные очки от песка (песчинки при взрывах часто выбивают глаза), бустеры для наших джипов и наборы инструментов для быстрого ремонта машин в полевых условиях. Каждая лишняя минута ремонта под огнем может стоить солдатам жизни. Также в Америке волонтеры закупили для нас специальные швейцарские ножи с инструментами для быстрой починки любого оборудования в полевых условиях и военные фонари двух типов: устанавливающиеся на каски и на карабины для ночной стрельбы.

Почему вас всем этим не снабжает армия?

Армия нас снабжает многими вещами, но, к сожалению, у армии нет достаточно средств для экипировки солдат-резервистов. Армия тратит огромные деньги на покупку самолетов, систем «Железный Купол», снарядов для ПВО, авиабомб… Оставшийся бюджет армии, в основном, тратится на солдат-срочников, а на резервистов — уже мало что остается.

С какими еще проблемами Вам приходится часто сталкиваться?

Очень много проблем у военных и их семей — чисто психологических. Война тянется очень долго, а призывают на войну одних и тех же резервистов по много раз. Практически у каждого солдата появляются признаки Посттравматического Стрессового Расстройства (ПТСР). Армия помогает, чем может: мы беседуем с психологами каждый раз, когда выходим из Газы, но этого недостаточно. Психологов катастрофически не хватает. А на помощь частных психологов у семей нет денег. Из-за отсутствия психологической помощи некоторые солдаты теряют работу, долго не могут найти себя в мирной жизни, впадают в депрессию, бросают учебу в университетах… Очень требуется помощь (и психологическая, и материальная!) семьям, которые потеряли на войне своих близких и остались без кормильцев. Армия не в состоянии всем помочь. Помогают как могут однополчане павших бойцов, но у них у самих нет лишних средств.

Не так давно у нас погиб один из водителей, с которым мы долго работали в Газе.

Естественно, что все наши солдаты были на его похоронах, все пришли на «шиву» (семидневный траурный период, когда навещают скорбящих). Семью погибшего посетил весь батальон (а это 400 человек). У нас не может быть иначе. Через некоторое время мы пришли помогать делать ремонт в квартире его вдовы Ирины, поскольку она не могла с этим справиться в одиночку. На поддержку таких семей мы тоже собираем деньги.

Что важно для поддержания боевого духа Ваших солдат?

Солдатам важно знать, что их ждут в семьях, что у них есть дома надежный тыл, что с их детьми все в порядке. Перед боем я всегда инструктирую солдат: «Сейчас полностью отключились от всех домашних проблем и сосредоточились только на поставленной перед вами задаче!» Мой долг как командира — постоянно следить за психологическим состоянием подчиненных. Я знаю состояние и настроение каждого своего солдата, и это то, что меня часто тревожит. Также солдатам очень важно чувствовать, что у них есть поддержка всего общества, поддержка волонтеров в Израиле и зарубежом.

Какие у Вас взаимоотношения с Вашими подчиненными?

У сержантов-резервистов всегда более теплые, дружеские, менее формальные отношения с подчиненными, чем у срочников. Годами они служат вместе, притираются друг к другу. У моих солдат — очень разные специальности на гражданке: есть студенты, учителя, инженеры… У всех абсолютно различные взгляды на политику, на то, что происходит в стране. Однако, когда они надевают форму, то все споры прекращаются, поскольку мы должны воевать, как слаженная боевая единица.

Помогаете ли вы друг другу в обычной жизни? Общаетесь ли Вы с солдатами вне службы?

Обычно, когда закачивается срок нашей очередной резервистской службы, все спешат, хотят поскорее вернуться к нормальной жизни. Именно поэтому я часто сомневаюсь, нужно ли их трогать лишний раз по каким-то сугубо своим личным поводам. Приведу лишь один пример. Мне с моей семьей пришлось переезжать с одной квартиры на другую. У нас как раз был тяжелый момент, когда совсем не было средств нанять машину и грузчиков, чтобы перевезти наши вещи. Я все же решил побеспокоить своих боевых товарищей, спросить, нет ли у них каких-то знакомств, чтобы одолжить на несколько часов грузовую машину. Я спросил, сможет ли кто-то из них нам помочь в качестве грузчиков. Ребята быстро откликнулись. В течение нескольких часов откуда-то появился грузовик, и мои боевые друзья приехали и помогли с переездом. Я периодически посылаю всем сообщения, чтобы быть в курсе событий. Иногда мы видимся и вне службы, но, как правило, на такие встречи всегда приходит лишь часть подразделения, что абсолютно нормально.

Как Ваши бойцы переживают разлуку с близкими? Как защищаются от стресса?

К сожалению, здесь нет никаких действенных рецептов. На войне приходится учиться жить в условиях постоянного стресса. Если я вижу по глазам, что какой-то боец находится в критическом состоянии, то я принимаю решение о его отправке домой хотя бы на какое-то время, особенно, если срок нашей службы подходит к концу. Да, мне порой приходится самому работать «психологом».

Какую поддержку оказывают бойцам их жены и семьи?

Когда мы воюем, наши жены и дети воюют вместе с нами! У них тоже стресс, только этот стресс они переживают дома. Нам, чтобы спокойно сосредоточиться на службе, очень важно знать, что у них все в порядке. С течением времени у них уже образовался собственный круг людей, которые их поддерживают в наше отсутствие.

Также армия выделяет какие-то небольшие ресурсы на их психологическую поддержку, но по большей части приходится рассчитывать только на себя.

Нуждаются ли жены бойцов в какой-то дополнительной поддержке?

Да, они в этом очень нуждаются. После четвертого выхода моего подразделения из Газы при помощи средств, собранных группой Бена Левина, мы послали наших жен (без детей) на однодневный отдых в очень красивое место на севере Израиля. Все наши бойцы единогласно решили, что надо дать женам расслабиться. Мы получили от жен очень хорошие отзывы. Это реально было то, что им нужно. Кто-то уже был знаком и до этого, но для них было чрезвычайно важно построить этот круг взаимной поддержки.

В чем заключается Ваша подготовка к очередной службе в качестве резервистов в Газе в 5-й раз за эту войну?

В эти несколько недель, оставшиеся до очередного призыва в Газу, мы закупаем все необходимое оборудование. Армия предоставляет только самые базовые вещи. Все остальное мы вынуждены закупать самостоятельно. Например, стандартные солдатские армейские ботинки в боевых условиях очень быстро приходят в негодность. Более того, резервисты получают модели, сделанные из устаревших материалов. Ноги в таких ботинках совсем не дышат и очень потеют. На жаре солдаты часто получают ожоги ступней. При помощи наших американских друзей наши бойцы получили новейшие модели солдатских ботинок из материалов, позволяющих ногам дышать. Волонтеры из Америки закупили для нас также специальные швейцарские ножи и военные фонари, которые теперь нужно передать в Израиль. Если кто-то из Чикаго в ближайшее время едет в Израиль и готов взять несколько таких вещей с собой, пожалуйста, свяжитесь с Беном Левиным. Его координаты указаны ниже.

К каким вещам на войне все быстро привыкают, а к каким привыкнуть невозможно?

Хороший вопрос. Быстро привыкаешь к тому, что, надев военную форму, ты мгновенно перестраиваешься и выполняешь определенную работу, которую уже хорошо изучил за годы службы. Однако, даже эту привычную работу невозможно делать до бесконечности. Солдаты, безусловно, скучают по дому, по своим семьям и ждут с нетерпением окончания срока призыва в резерв. К тоске по дому и семье привыкнуть практически невозможно, но с этим вполне можно жить определенное время. Возникают ли у детей военнослужащих какие-то психологические проблемы? Детям, особенно маленьким, очень трудно объяснить, куда вдруг подевался папа. Да, нам всем необходима помощь психолога: и бойцам, и женам, и детям, и семьям погибших, и раненым!

Чем и как можно помочь вашему подразделению?

Спецоборудование, которое мы закупаем, стоит колоссальных денег (это десятки тысяч долларов!), поэтому любое пожертвование, даже $20, для нас крайне важно. Такие пожертвования постепенно складываются в большие суммы, которые мы платим потом поставщикам. Мы бережем каждый ваш доллар и стараемся использовать вашу помощь по максимуму. Мы бесконечно признательны всем нашим донорам и волонтерам! Если у вас есть вопросы, обращайтесь с ними, пожалуйста, к Бену Левину, лучше всего позвоните ему по WhatsApp, поскольку он часто бывает в Израиле. Его американский телефон: (224) 715-0109. По этому же телефону из США ему можно перевести посильную сумму по Zelle (Benjamin Levin).

Можно также пожертвовать деньги по кредитной карте на сайте группы Бена Левина: fightingdoctor.org. Также всегда требуется помощь с перевозкой мелких вещей из Чикаго солдатам в Израиль в своем багаже. Поговорите об этом с Беном!

**Огромная благодарность Якову Стрельчину за обработку фотографий для этой публикации!